Рубрикатор

Затерянные сказания: Неприкаянный груз

Затерянные сказания: Неприкаянный груз
Слушать аудио:

 Один день из жизни командора космической станции.

Будни Ролдона-2. Внимание! Озвучивал андроид!

Неприкаянный груз

 

Утро командора начиналось не как утро обычного человека. Не с тостов, джема, кофе или чая, а с аварии в транспортном отделе… И коктейля из мелких бытовых неприятностей на закуску… Вроде отключения энергии и прекращения подачи воды.

Талех уже забыл, когда последний раз нормально спал и ел не на бегу. Сегодня он вообще не ложился. Чуть за полночь вернулся в каюту и едва успел принять душ, как снова запиликал коммуникатор, извещая об очередном ЧП. Вернее, коммуникатор и не умолкал ни на минуту. Просто командор случайно заблокировал звуковой сигнал. Через час обнаружил, включил, увидел, сколько накопилось сообщений, и понял, что отдыхать этой ночью ему не придётся.

Ремонтные работы на станции продвигались полным ходом. Соответственно каждый день что-нибудь снова ломалось, и оборудование выходило из строя. Часть палуб закрыли на капитальный ремонт и реставрацию. Половину терминалов отстраивали заново. Многим обитателям Ролдона-2 пришлось временно переселиться на планету, и некоторые магазины, учреждения и заведения просто закрылись. Поэтому Талех спешил с восстановлением станции, не щадя ни себя, ни подчинённых.

Эта ночь выдалась особенно авральной. Будто обстоятельства сговорились против него. Сперва обрушились балки нижних палуб. Из-за чего застряли все лифты между второй и третьей. Благо в тот момент пассажиров там не было. Пять раз за ночь из строя выходили реле шлюзов, а под утро поступил срочный вызов из эколаборатории. Вернее, из её временного пристанища. В старом помещении деформировались переборки и сгорели потолочные кабели. Случилось это, когда защитные экраны ослабли и снаряд угодил в дисковый корпус. На время ремонта эколаборатория со всеми животными, растениями, бактериями и культурами переехала в  резервный блок медцентра. Раненых и выздоравливающих переправили на планету, медотсек освободился и его тут же снова заняли.

На пороге лаборатории командора встретил дежурный лаборант – традсельгарец и взволнованно сообщил, что хордум с планеты Варага перегрыз заграждения, выпустил пятнистых шмариков, и те разбежались по станции через вентиляцию. Сам хордум застрял в трубе. Причём намертво и вытащить его пока не удавалось. Несчастное животное засело там и печально выло. Завывания разносились по станционным коммуникациям, как загулявший в тоннеле ветер… Талеху стало не по себе.

– А почему меня вызвали? – удивился он. – Я в этих тварях не разбираюсь. Есть же офицер по биологической защите.

– Уже приходил, – сообщил традсельгарец. – Час назад отправился с группой ловить шмариков и…. Пропал… Все сгинули… – виновато добавил он, и его физиономия ярко полиловела.

Традсельгарцы всегда неожиданно меняли цвет в чрезвычайных ситуациях. Это зачастую напрягало и сбивало с толку. Кого угодно, только не джамрану.

– Доложите внятно, – потребовал командор.

– Собственно, – промямлил дежурный. – Я из-за людей вас и вызвал, а не из-за шмариков… Они-то безобидные, но прожорливые. Могут погрызть изоляцию и съесть гель-пакеты…

Талех вздохнул. От традсельгарцев сложно добиться ясности. Придётся напрячь интуицию.

– Когда вы связывались?

– Пытался… С полчаса назад, но… глухо…

Командору тоже никто не ответил, словно такой частоты вовсе не существовало. Он попробовал наугад связаться с мостиком и заместителем… Без ответа. Зато откликнулась служба безопасности.

– Кажется, я знаю, где ваши шмарики, – усмехнулся командор. – По крайней мере, там они побывали и наследили. Мы найдём их по следам. Благо коммуникационный узел службы безопасности пока не тронули. Но, по всей видимости, скоро доберутся и туда.

– И где они? – взволнованно уточнил традсельгарец.

– В коммуникаторных путях. Полагаю, им понравились на вкус проводящие волокна.

Талех решил, что с лаборанта достаточно объяснений и вызвал инженеров по связи. Через два часа поймали всех объевшихся шмариков и восстановили съеденные волокна. Хорда наконец извлекли из трубы и водворили в терракамеру. Животное было в шоке. Зато офицера по биозащите с группой так и не нашли. Никто не откликнулся на вызов. Оставалось предположить, что они заблудились в системе проводящих шахт, попав в изоляционную зону. Талех послал туда команду безопасности, а сам отправился завтракать.

Однако далеко он уйти не успел. В коридоре медотсека его перехватил Миритин и напомнил, что давненько ожидает командора на плановый осмотр. То есть, замучился ждать.

– Вы должны были явиться ещё четыре дня назад.

– Я страшно занят, – попытался отвертеться командор, – и сейчас тоже…

Но доктор не позволил ему ускользнуть, преградив дорогу.

– Талех, – укоризненно сказал он. – Нельзя так наплевательски относиться к своему здоровью. Как твой лечащий врач…

– Ты знаешь, что это моё здоровье, а не твоё. Позволь мне решать.

– Как неразумно. Я твой лечащий врач…

– Джамрану очень выносливы…

– Конечно, – ухмыльнулся врач. – Поэтому, ты бледен как смерть.

– Это мой естественный цвет лица…

– Ну-ну, предоставь мне определить, какой естественный, а какой нет. И синяки под глазами.

– Отставить обсуждать внешность командора, Миритин.

– Ева увидит тебя таким – испугается.

– Она и похлеще видела, но не испугалась. До её возвращения я буду в норме. И хватит обсуждать мою личную жизнь! Пусти, говорю...

– Нет. Как твой лечащий врач, я применю меры согласно постановлению галактического здравоохранения.

– Что-что?

– Отстраню тебя от работы, в связи с пошатнувшимся здоровьем и проведу полное обследование, хочешь ты или нет. Врач на станции бывает главнее командора… У тебя нет выхода.  Пошли на осмотр. Хотя бы измерю давление…

Талех скривился, но делать нечего. Доктор оказался в своём праве…

– Ладно. Уговорил. У меня есть пятнадцать минут… У тебя – пятнадцать минут. Не больше.

– Есть, командор…

Миритин изучил показатели биоспектрометра и сделал заключение:

– Пока не плохо.

– Я же говорил. Джамрану…

– Тоже имеют предел. Если дальше так пойдёт, ты сляжешь, и надолго. Кто тогда позаботится о станции?.. Ты когда в последний раз спал?

– Не помню.

– Напряги память.

– Суток шесть-семь назад… Ерунда! Джамрану способны подолгу обходиться без сна. Плюс геномные прививки с модификациями выносливости.

– Как врач повторяю – всему есть предел. Твой организм уже дал сбой. Системы работают на пределе. У тебя стресс, мой друг… А давно ли ты обменивался генами?

– Мой геном стабилен. Мне это так часто не нужно…

– Хм… А Ева в курсе?

– Я с ней не из-за этого.

– Дикарь! Тебе ведь достаточно рукопожатия. Слетай на Ролдон, пообщайся с Нивиллой. Она тебе поможет. Отдохнёшь заодно. Погуляешь по лесу.

– Опять ты за своё? Некогда мне развлекаться… Эй! Что ты мне только что вколол, эскулап?!

– Ничего особенного. Подавитель стресса. Настоятельно рекомендую: отключить все коммуникаторы и поспать.

– Хорошо доктор…  Дней через пять. У меня проблемы на станции.

– Они никогда не закончатся, а у тебя есть заместитель…

– Он руководит ремонтом внешнего корпуса.

– Назначь кого-нибудь ещё. Начальника службы безопасности…

Пронзительно заверещал коммуникатор. Миритин вздрогнул от неожиданности, споткнулся о столик, и по медотсеку чуть не разлетелись пробирки и лотки с инструментами.

– Хочешь, чтобы доктора хватил инфаркт?

– Это с восьми камерным-то сердцем?

– У окезов…

– Кстати, об окезах, – усмехнулся Талех, принимая сигнал. – В транспортном отделе снова ЧП.

– Не смею задерживать, командор, – Миритин поднял руки, будто сдавался. – Но знайте, при малейших признаках утомления запру вас в изоляторе.

Последнее напутствие он сказал в пустоту. Талех не дослушал и уже мчался по коридору…

В прежние времена, в транспортный отсек можно было попасть на стержневом лифте. После перестыковки, центральную шахту ремонтировали. Пришлось идти в обход, через гостиничный сектор, чтобы оттуда спуститься в нижнюю полусферу. На этом пути работало только аварийное освещение. Свет мигающих ламп причудливо отражался от покорёженного войной металла. Возможно поэтому, командору почудилась какая-то тень в одном из боковых ответвлений. Он остановился, внимательно осмотрел коридор… Никого… Неужели померещилось? Бред! Джамарну не страдали галлюцинациями. Или же Миритин прав и сказывалось переутомление. Плохо дело…

Талех покачал головой и двинулся вперёд, на этот раз без видений.

В транспортном отсеке вышел из строя распределитель, и царил полный бардак. Соединительные скобы расшатались, и модули передвигали вручную. Что очень затрудняло вылеты и спуск на планету. Не говоря уж о том, чтобы принять транспорт. Планетарные модули толкались у шлюзов и наворачивали круги вокруг станции. Мрачный начальник отдела, по традиции окез, доложил об этом командору. Не успел Талех придумать, где найти свободную бригаду, чтобы починить всё к завтрашнему утру, как его снова вызвали. На этот раз в сектор по приёмке грузов.

Командор на ходу распорядился выделить бригаду техников-андроидов из доков и переправить их в транспортный. Тамошний мастер пробовал возражать, мол, «как же работы в шлюзовых камерах и терминалах». На что Талех заявил, мол, они подождут: «в сложное время задача руководителя правильно расставить приоритеты, а работа остальных ему подчиняться».

– Конец связи. Доложите о выполнении…

В отделение приёмки тоже пришлось идти на своих двоих, поскольку лифты и транспортировочные ленты этого сектора бездействовали.

Техник грузового отдела и дежурный таможенник встретили командора в полной растерянности.

– Какие проблемы? – поинтересовался Талех, разглядывая внушительных размеров контейнер, стоящий на транспортной ленте.

– Груз…

– Вижу. В чём проблема?

– Контейнер без маркировки.

– Понятно. Кто доставил?

– Эти, – таможенник указал на долговязого бакарданца и синекожего линдри с имплантами пилота.

Доставщики недобро хмурились в ответ.

– С чем тут разбираться? – удивился командор. – По правилам станции любой груз без маркировки отправляется в карантинный сектор… Ах, да! Он пока законсервирован. Тогда, за борт! Кто его вообще пропустил?... Ладно. Потом будем искать виновных. А сейчас – за борт….

Техник передвинул рычаги, и лента пришла в движение. Контейнер поехал к месту сброса.

– Э-э! Погодите! – заорал бакарданец и кинулся к ним, размахивая дополнительными конечностями. – Вы что делаете, варвары?! У меня накладная! Я буду…

– Стоп! – приказал командор, и техник остановил ленту.

Разъярённый бакарданец навис над джамрану, угрожающе шипя и сверкая глазами.

– Вы кто? – невозмутимо спросил Талех. – Владелец груза?

– Я – курьер и отвечаю за доставку. А он… – бакарданец метнулся к подошедшему линдри.

– А я главный,  – подхватил тот. – Пилотирую корабль фирмы и решаю вопросы оплаты. По документам вы должны мне сорок семь тысяч за груз, две – за доставку и десять процентов комиссионных…

– С какой стати? – нахмурился командор.

– Груз по накладной ваш. Заказ поступил отсюда.

– От кого? Я ничего не заказывал.

– В накладной не указано, а на контейнере нет маркировки.

– Читайте правила.

– Но, у меня…

– Мы не принимаем грузов без маркировки. Если это бомба…

– Контейнер с Ролдона! Какая бомба!? – возмутился курьер.

– Самая обычная, – Талех был непреклонен. – Вы поручитесь, что внутри её нет?.. Что там?

Доставщики переглянулись.

– Нас в это не посвящают. Наше дело привезти, выгрузить, проштамповать накладную и отчитаться.

– И деньги получить, – напомнил курьер.

– Все вопросы решает управляющий фирмой. Мы лишь исполнители.

– Что в накладной?

– Вес, ценность, заказчик... Остальное – на маркировке…

– Но её нет, – подытожил Талех и безапелляционно добавил. – Сброс!

Техник немедленно выполнил приказ. Таможенник нервничал. Ему надоели эти препирательства, а с другой стороны отсека толпилась разъярённая очередь. И все с накладными.

– Нет! Стойте! – закричал линдри. – Давайте вскроем контейнер и проверим.

– Ещё чего,  – ответил Талех.

– Заплатите нам! И все дела…  – наседал бакарданец.

– Отошли! Живо! – велел командор и выпустил хлыст. – Ничего я платить не собираюсь, пока не выясню, что внутри, и кто прислал. Думайте, где посеяли маркировку, – и обратился к технику. – Остановите-ка ненадолго.

Тот обречённо подчинился.

– Осмотрите контейнер.  Ищите следы маркировки.

– Нашёл, – через несколько минут объявил таможенник. – И регистрационный номер на месте. UR-275.

– Пробейте по Ролдонской базе. Может, что и узнаете.

– Есть, командор!

– Сообщите мне после. А груз – за борт. Никуда он с орбиты не денется.

– Надеюсь, там ничего живого, – угрюмо заметил линдри, провожая контейнер глазами, пока тот не скрылся в шлюзовой камере.

– А если оно там и есть, то в анабиозе, – ответил командор. – Вам я советую осмотреть корабль. Вдруг маркировочная пластина где-нибудь в углу завалялась.

– Сомневаюсь, – насупился бакарданец. – Мы хорошо смотрели… Этот груз там с самой войны. Не успели отправить. Из-за неразберихи все поставки приостановили.

– Станция была в осаде, – сказал Талех. – Да! И нечего занимать шлюз. Вы не одни, а большая часть стыковочных люков на ремонте.

– А куда ж нам податься? – оскалился бакарданец.

– Места на орбите валом, – ответил Талех. – В свободный полёт.

Курьер напыжился, но линдри его одёрнул.

– Пошли… Не связывайся с джамрану. Мы же хотим получить свои деньги…

Командор вздохнул с облегчением, когда они удалились. Сказал таможенникам, чтобы данные по грузу переслали ему на коммуникатор и сбежал. Не успел Талех войти в кабинет, как из-за стола качнулась капюшонистая фигура.

– Только не это,  – простонал командор. – Шердан! Каким модулятором тебя занесло?! Я думал, мы всё обсудили.

– Это другое, – прошелестел дмерх, принимая более реальные очертания. – Знали бы вы, как трудно с вами связаться. Я неоднократно пытался, пока не изменил частоту нейромодулятора.

– Так в коридоре был ты? – предположил Талех.

 – Я.

– Что у тебя за дело, на этот раз? Говори быстро и проваливай. Я очень занят.

– А мне казалось, сперва именно ты меня вызвал?

– Ты приставал к Еве…

– Я-а?! У меня даже плоти нет!

– Не в этом смысле… Выкладывай и убирайся.

– Если коротко, мне нужна помощь.

– Чем скромный джамрану может помочь великому дмерху? – Талех устало плюхнулся в кресло.

– Мне необходимо попасть в другую область вселенной.

– Чего?! – командор опешил. – Абсурд! Ты – дмерх! Тебе ничего не стоит оказаться в любой точке космоса. Да где угодно… Чем я могу помочь?

– Отвезти меня на космическом корабле.

– Ты издеваешься? А сам?

– В том-то и дело – не могу.

Шелест дмерха напоминал вздох.

– Дмерховены закрыли от нас часть вселенной. Волны нейромодуляторов туда не проникают… Там что-то происходит. Я чувствую. Что-то опасное… Мы с Сингером опасаемся заговора и раскола нашего общества.

– Ну-у, не знаю… И как ты попадёшь туда на корабле? Если сигнал модулятора пропадёт, ты попросту не проявишься в континууме.

– Есть способ. Мы его разработали. Но для этого мне нужно, э, тело.

– Ты шутишь? Где я найду тело?

– Вызови добровольца и прикажи.

– А мёртвое не сгодится? – ядовито поинтересовался Талех. – Морг ими забит до отказа. Одно как-нибудь подождёт с отправкой на родину… А что? Ради благого-то дела…

– Издеваешься, – печально прошуршал дмерх.

– Нет. Констатирую факт.

– Ты ещё обмозгуй. А я потом вернусь…

– Вали к гатрацкой матери! Насовсем! – рявкнул ему вслед командор. – В селезёнках у меня сидят эти ваши заговоры!

У джамрану, как известно, две селезёнки…

Остаток дня Талех крутился как белка в колесе. Так говорили земляне. Пару раз он едва не связаться с Евой. Но дальняя связь работала плохо. Не все спутники наладили. На ослабленных частотах сигналы доходили с опозданием, в день или два… А напрямую поговорить вообще не получалось. Талех очень соскучился…

К вечеру приказы командора выполнялись на автомате. Санкции ужесточились, и гауптвахта заполнилась до отказа. Однако к утру обещали всех выпустить. Требовалось много рабочих рук.

Талех был холоден и беспристрастен как всегда. Работа кипела, проблемы решались… С таможни сообщили, что груза с искомым номером в ролдонской доставке не значится.

– Это какое-то недоразумение. Довоенные поставки. Возникла путаница, сбои. Мы поднимем маркировочные схемы и накладные за прошлые месяцы…

– Выполняйте.

Командор не успел отключить связь, как принял сигнал от заместителя… Новое ЧП. Один из техников пострадал в процессе балансировки внешних покрытий и регулировки корпусной гравитации. Что-то тяжёлое прилетело из неоткуда, врезалось в станцию, задело рабочего и повредило скафандр… Сейчас рабочего везли в медотсек. А злодейскую штуку на всякий случай доставили в грузовой… Снова по другой линии взывал техник из грузового и орал, что «командор должен на это посмотреть». И Талех понёсся туда, мучимый подозрениями. 

Неожиданным снарядом – виновником несчастного случая оказалась пресловутая пластина маркировки….

– Номер совпадает, – засвидетельствовал таможенник. – Я проверил.

На маркировке значилось: «Ролдон, ксенопсихологический центр, пси-оборудование, время отправки….. Дальше Талех читать не стал. Всё и так встало на свои места.

– Ева… Затащите контейнер обратно, вызовите этих растяп из фирмы доставки, проштампуйте им накладную, заплатите за доставку и комиссионные. Я сам переведу деньги за оборудование на счёт пси-центра.

– Так точно!

– Действуйте. Я буду у себя в кабинете.

По дороге Талех получил сообщение от Миритина. Доктор просил его немедленно вернуться в каюту.

– Зачем?

– Так нужно. Я сейчас подойду.

– Ладно. Мне всё равно, откуда связываться с Землёй.

Талех отправил Еве звуковое письмо по земному каналу, стараясь быть максимально сдержанным в выражениях… Внезапно почувствовал дикую усталость перешедшую в сонливость… Будто что-то тяжёлое навалилось и туман заволок сознание. Кое-как дотащился до кровати, упал и мгновенно уснул…

Так с двадцати двух ноль-ноль по Ролдонскому времени командор перестал отвечать на вызовы. Начальники отделов всполошились и принялись бить тревогу. Дмитрий, находясь в медотсеке, проверил по компьютеру источник командорского сигнала. Если верить коммуникатору, Талех был в своей каюте. Заместитель и главврач отправились туда вместе.

Дмитрий использовал аварийные коды доступа, чтобы проникнуть в каюту. Каково же было его  удивление, когда они увидели мирно спящего на кровати командора…

Шакрен улыбнулся. Он знал, что это, так или иначе, произойдёт. На джамрану шакренское снотворное действовало гораздо позже, чем на землян… К тому же, пришлось ввести усиленную дозу.

Миритин засвидетельствовал хроническое переутомление и, как лечащий врач, заверил Дмитрия:

– Ему необходимо поспать. Я понаблюдаю…

А с Талехом он объяснится потом, когда тот проснётся отдохнувшим и готовым к новым свершениям.

– Я приму командование, – сказал Дмитрий.

Они заблокировали двери, чтобы никто посторонний не вошёл в каюту. Но доктору этого показалось мало. Он вызвал Боббэрота и поставил его охранять «хозяина». Гатраноид был счастлив. Никого и близко не подпускал, пока командор спал.

А на следующий день по земному времени письмо командора достигло Солнечной системы. Женька прослушала его и попросила Грегори:

– Задержимся ещё на недельку.

– Что случилось?

Она смущёно протянула ему коммуникатор.

– Слушай…

«… оплатил твой заказ… обязана предупредить… И попадись мне только…».

– Ну, Казанцева, ты как всегда в своём репертуаре. Надо же такое отмочить…

– Забыла. Что с того? Тогда я расстроилась и не подтвердила заказ. Потом – эти гатраки, война… Кто ж знал, что психологи такие предприимчивые?

 – Да они,  что угодно предпримут, лишь бы деньги содрать.

– Так как, Грегори? Ещё недельку! А Талех тем временем остынет и забудет.

– Сомневаюсь. Память у джамрану отличная, особенно на чьи-то промахи…

Командор проспал двое суток и действительно прекрасно выспался. Контейнер насилу отыскали среди орбитальных фрагментов и обломков. Пока груз перемещался вокруг станции, он сшиб несколько спутников. Только на третьи сутки его затащили в грузовой отсек.

Примерно в это же время в отдалённом секторе Ролдона-2 под напором множества тел грохнулся изоляционный люк. Из заброшенного коммуникационного коридора вылезли злые, голодные, оборванные и чумазые биозащитники.

Их радостно приветствовало новое утро на космической станции…

 © Астрадени Джейн

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!